Октябрь 1941 года – 26-й месяц Второй мировой войны, самый критический момент в ходе Великой Отечественной, когда нацисты почти добились успеха в реализации плана «Барбаросса», выйдя на ближние подступы к Москве. Это была низшая точка в степени готовности Вооруженных Сил СССР к ведению боевых действий против сильнейшей на тот момент армии мира.

Основные события месяца развернулись на центральном направлении советско-германского фронта. В операции «Тайфун» были задействованы три армии захватчиков и три танковые группы, насчитывавшие в общей сложности 78 дивизий. Общая же численность личного состава в боевых и вспомогательных частях группы армий «Центр» в начале октября составляла 1 929 406 человек.

  В окружения под Вязьмой и Брянском попало почти 700 тысяч советских солдат, рухнул весь фронт. 12 октября пала Калуга, через 2 дня подмосковный Боровск. Падение столицы СССР виделось возможным, 15 октября Кремль выпустил секретный приказ об эвакуации органов власти, иностранных посольств, предприятий, а также о минировании зданий, мостов, метро и подрыве Москвы в случае появлении немцев. 16 октября не открылись московские магазины, а в учреждениях двери были открыты нараспашку, летали в воздухе документы, валил дым от сжигаемых бумаг, и солдаты спешно грузили в грузовики коробки. Начальство на работе исчезло вместе с деньгами заводских касс, женами и детьми. На дорогах Москвы начались пробки из дорогих машин, грузовиков, телег с семьями чиновников, начальства и имуществом. В столице часть москвичей бродила в поисках военных, чтобы попросить оружие и защищать Москву. Другая часть москвичей хлынула на вокзалы, пытаясь попасть на поезд, толпы шли по дорогам, сбегая на восток из столицы пешком. Когда Сталину доложили об этом, он сказал «думал — будет хуже». По приказу вождя 17 октября запустили метро, открыли магазины, усилили военные патрули на улицах и закрыли вокзалы. Объявили, что Москву будут защищать, через 2 дня Кремль сообщил по радио, что Сталин остается в Москве, а генерал Жуков возглавит оборону. Были показательно расстреляны несколько сбежавших директоров московских фабрик. Введено военное положение и комендантский час. И паника в Москве закончилась. Уже 21 октября журналист написал:

«Стою на площади в Москве, день. Люди не мечутся, стоят в очереди за портвейном, водой. А в небе страшный огонь. Гудят самолеты, дрожат стекла, в трехстах метрах от магазина на берегу Яузы громко бьют зенитки. А москвичи неподвижно стоят. И молча читают газеты».

В любое время страшных событий, которыми являются войны, это самое время проверяет людей на прочность, обнажает всю их суть. Так было всегда, и не только в нашей стране. Честь и хвала всем тем, кто сохранил мужество не отступить перед лицом грядущей катастрофы и сумел победить. Честь и хвала таким людям в сегодняшнем непростом времени. Они есть и их большинство.

Пожелание счастья и мира из 1985 года.

Когда читаешь строки наших земляков, переживших Великую Отечественную войну в тылу, невольно задаешься вопросом: «Смог бы я?»  В районной газете от 1985 года была напечатана статья «…И женщин подвиг трудовой». В ней рассказано о Марине Дмитриевне Ковнер, которая жила с мужем Григорием Игнатьевичем и детьми в зеленом селе Гуляй Поле (было такое в нашем районе). Трудились, растили четверых детей, мечтали о будущем, да война помешала. Григорий Игнатьевич ушел на фронт в начале войны, был танкистом на Украинском фронте. И осталась Марина Дмитриевна одна в семье кормилица, самый младший ребенок Гриша, названный в честь отца, родился уже без него. Старшей дочери Татьяне было почти десять лет, но она уже помогала маме по дому, за младшими присматривала, а иногда и на ферму к матери прибегала.

Спасала семью коровка. Как вспоминала Марина Дмитриевна, она их кормила, на домашней скотине пахали колхозное поле. Не только их семью, всех вокруг одолевал голод, другие трудности. Все в колхозе делали вручную-косили, скирдовали, работали одни женщины. Были дружные, понимали, как это жизненно важно. Не ныли, понимая, что их мужьям на фронте приходится труднее. «Мы-то полыни наломаем, навозного кирпича насушим, печку затопим, и думаем, как там наши мужчины в холодных окопах?»-вспоминала Марина Дмитриевна.

Потом в Гуляй Поле стали приходить похоронки. Вручили похоронку и Марине Дмитриевне, а позже товарищи и личные вещи мужа передали. Вдова-горькое слово. Но надо было жить, работать. Подросли дети, стали большой опорой маме. Окончилась проклятая война, Марина Дмитриевна стала жить в Орехово, радовалась как растет и развивается село, заводят семьи дети.  К моменту написания статьи она особо гордилась, что у нее есть 14 внуков и 11 правнуков. Вот для них воевал Григорий Игнатьевич, для их счастья и будущего тяжело трудилась Марина Дмитриевна Ковнер.

Счастья и мира пожелала людям в далеком 1985 году героиня рассказа. Как бы хотелось, чтобы ее слова, такие актуальные в 2025 году, сбылись.